Восьмой по счету пленум Профсоюза работников угольной промышленности начался с беспощадной критики правительства. Руководители шахт по очереди выходили на трибуну, высказывая недоверие Кабмину и его главе. Складывалось впечатление, что представителей правительства, в том числе и Анатолия Кинаха, пригласили на пленум лишь с тем, чтобы раз и навсегда решить проблемы, накопившиеся в угольной отрасли. Что случалось с теми премьерами, для которых эта задача оказывалась непосильной, хорошо известно. На заседании прозрачно намекали на незавидное положение, в котором оказался нынешний глава Кабмина.

Для многих такой шквал критики в адрес правительства стал полной неожиданностью. Руководство профсоюза работников угольной отрасли до поры до времени считалось вполне лояльным к нынешней власти, в отличие от альтернативных им групп, в частности, Профсоюза независимых горняков Украины и некоторых мелких организаций, отстаивающих интересы шахтеров. Тем более, столь яростная атака, которой подвергся Кабмин в пятницу , не могла исключительно из партнерских соображений исходить из уст Виктора Турманова, председателя ЦК профсоюза и представителя блока «За Единую Украину», в первых рядах которой шел и сам премьер. Однако именно Турманов предупредил правительство о возможных последствиях наплевательского отношения к проблемам в угольной отрасли. Предупреждения носили явно ультимативный характер.

Требования профсоюзов выглядят вполне обоснованно и сводятся фактически к одному вопросу. От правительства хотят, чтобы оно исполняло собственноручно разработанную программу «Украинский уголь», принятую еще 19 сентября прошлого года. Программа рассчитана на десятилетний период и предполагает увеличение объемов добычи угля на 35%. Чиновники намерены добиться такого показателя на фоне закрытия свыше 120 убыточных шахт и приватизации прибыльных предприятий по добыче угля.

К принятию программы в правительстве подошли как никогда серьезно, не делая при этом поспешных шагов (составлялась она еще при вице-премьерстве Юлии Тимошенко). Однако под нажимом профсоюзов Кабмин был вынужден поспешить.

Следует заметить, что для такой отрасли экономики, как угольная, программа достаточно радикальна. Украинское правительство поставило перед собой слишком «высокую планку» — увеличить к 2010 году добычу угля до 110 млн. тонн в год, заведомо лишив себя возможности совершить удачный прыжок. При все своей нереалистичности основные программные требования даже не внесли в расходную часть теперешнего бюджета.

Программа «Украинский уголь» предусматривает финансирование угольной отрасли в 2002 году в размере 2,5 млрд. грн. (из этой суммы до сих пор выделено менее 1/3 части). К 2010 году планируется закрыть свыше 120 убыточных предприятий по добыче угля из 284 существующих и, несмотря на это, увеличить выработку органического топлива на 35-38%. Данную задачу, как считали в Министерстве перед принятием программы, можно решить путем привлечения в отрасль дополнительных инвестиций, полученных в результате приватизации инвестиционно привлекательных предприятий, работающих в угольной отрасли. Процесс приватизации будет проходить на конкурсных условиях, где всем обещают равные права и возможности. Правда, это касается только тех шахт, которые уже сейчас способны обеспечить самостоятельное финансирование собственного развития. Со списком таких предприятий в Министерстве до сих пор не определились - есть проблемы посущественней.

Кроме этого, в основе программы заложена одна из наиболее положительных тенденций - приостановить процесс принудительного взыскания имущества с организаций угольной промышленности в счет погашения задолженности перед госбюджетом и государственными целевыми фондами, а также увеличить перечисление бюджетных средств на финансирование отрасли. Однако данное руководство на практике не выполняется.

На сегодняшний день задолженность по зарплате работникам угольной промышленности составляет более 1,7 млрд. грн. На выплату зарплат у шахт просто нет денег. Среднестатистическая шахта в условиях полной оплаты за поставляемый уголь ежемесячно терпит убытки в размере 80 млн. грн. Причина: на продаже материалов, оборудования, спецодежы и т. п. для шахт, спекулируют посредники, продавая инвентарь в несколько раз дороже. Но даже такими показателями похвастаться могут лишь некоторые предприятия. Остальным и не снилась полная оплата за поставленную продукцию. Энергетические компании редко расплачиваются с поставщиками. Те, в свою очередь, пытаются выжить за счет правительственных дотаций и финансовой поддержки государства. Но этих денег не хватает даже на уплату налогов, о зарплате рабочим в таких случаях речь даже не идет, несмотря на недавний Указ Президента, который обязал угледобывающие предприятия в первую очередь рассчитываться с горняками. Однако у ГНАУ совсем другие обязательства – «налоговикам» нужно пополнять бюджет. Директора шахт такой политике, по известным соображениям, не сопротивляются.

Виктор Турманов официально заявил о том, что его профсоюз по окончании пленума будет разрывать контракты с теми работниками шахт, которые согласятся приобретать по завышенным ценам оборудование для шахт. Только таким способом едва ли можно уберечься от тех, кто сегодня зарабатывает на угле.

Угольная отрасль всегда именовалась должностными лицами страны как самая-присамая (то есть – стратегическая). В профсоюзных кругах твердо стоят на том, что положением дел в угольной промышленности заправляет вовсе не украинское правительство, а часть известных донецких предпринимателей, объединенная вокруг не менее известной личности Рината Ахметова. Из шахт "выносят" огромные суммы денег и умудряются зарабатывать на каждой мелочи, получая, при этом, сумасшедшие по размерам доходы.

На угле сегодня зарабатывают с помощью следующей цепочки четко отлаженных действий. Сначала искусственно снижаются цены на уголь, затем, взамен на поставки органического топлива, на угледобывающие предприятия поставляется необходимое им оборудование по заранее завышенной цене. Можно договориться о поставке угля на электростанции и вместо закупленного продукта отгрузить пустую породу, несоответствие которой получатель заметит только во время топки.

Кабинет Министров в лице министра топлива и энергетики Виталия Гайдука отреагировал на нападки руководителей профсоюза представленным пакетом контрмер для улучшений в работе отрасли. Считаем необходимым проиллюстрировать наиболее важные из них:

1. Поиски внутренних резервов (имеется в виду, среди работников шахт). Видимо, в качестве решения этого вопроса Гайдук предложил сократить количество работников, увеличив продуктивность работы остальных.

2. Повышение цен на уголь. Здесь следует добавить, что государству рынок угля фактически неподконтролен. Однако, повысить цены на продукцию вполне реально, что неизменно приведет к повышению тарифов на электроэнергию.

3. Выйти на уровень исключительно денежных расчетов. Безусловно. И все же, в условиях неплатежеспособности государственных предприятий, единственной надеждой шахт остается возможность получать за уголь то, что дают, пусть и втридорога.

Несмотря на то, что в структуре мировых запасов угля Украина занимает одно из первых мест, состояние отрасли оставляет желать лучшего. Причин, вызвавших кризис угольной промышленности, множество. Следует выделить основные.

К примеру, финансирование угледобывающих предприятий составляет всего 40 % от необходимых затрат. В связи с этим цены на угольную продукцию продолжают расти. Если в 1996 году средняя цена за 1 тонну угля составляла 62,66 грн., то сейчас украинский уголь стоит практически в 1, 5 раза дороже. Цена за поставляемый шахтами продукт зачастую значительно ниже его себестоимости. Кроме того, в большинстве случаев расчет между поставщиками и потребителями составляет не более половины от реальной цены за продукцию. Нередкими становятся ситуации, когда уголь отгружается просто бесплатно.

Существует также и проблема диспропорций в ценах. На однотипную продукцию, поставляемую различными предприятиями, они колеблются в пределах 10-20%. При этом учитывается не столько качество продукции, сколько непосредственные затраты, связанные с ее производством.

Но и это далеко не все: кредиторская задолженность большинства предприятий отрасли составляет 11,4 млрд. грн. и намного превышает дебиторскую задолженность в размере 4,7 млрд. грн., а собственной зарплаты некоторые работники не держали в руках полтора года. Пик задолженностей горнякам по зарплате пришелся на 1999 год. К тому моменту государство уже задолжало шахтерам 2,4 млрд. грн. Правда, за последние полтора года государству все-таки удается уменьшать долги.

Судя по настроениям в стане лидеров шахтерских профсоюзов, ждать внимания со стороны правительства к своим проблемам они больше не намерены. В этой ситуации Анатолий Кинах просто обязан принять ряд радикальных решений, способных удовлетворить требования горняков. Можно смело прогнозировать, что, если Кабмину не удастся стабилизировать сложившуюся ситуацию, лето в столице может оказаться жарче всех предыдущих. Никто не может гарантировать, что шахтеры откажутся от идеи развернуть палатки перед министерским фасадом.